Category: политика

Category was added automatically. Read all entries about "политика".

я переживу Путина

Эдуард Лимонов на Россия 24, 12 января 2015

Оригинал взят у skovorodnikov в Эдуард Лимонов на Россия 24, 12 января 2015


Эдуард Лимонов о Европейском лицемерии - Марш мира по нескольким погибшим в Париже и игнорирование политическим истеблишментом десятков и сотен погибших чуть дальше, в Новороссии

berlin

Эдуард Лимонов // "Свободная пресса", 4 октября 2012 года





Лимонка в Навального

«Свободная пресса» начинает публикацию серии портретов современных политических лидеров пера Эдуарда Лимонова. Позиция автора может расходиться с мнением редакции.

Такой себе крупногабаритный парень, большая рама в блуджинсах и рубашке без галстука, предпочтительно мелко-клетчатой. При лицезрении его возникает мысль об американского типа здоровье, об овсянке и молоке. О белокурых детишках и жене-кандидате наук, на роль жены Навального блестяще подходит Чирикова. По воскресеньям такие семьи садятся на велосипеды.

Появление этого адвоката, чиновника, немного бизнесмена и «борца с коррупцией» в самом верху списка кастинга претендентов на место лидера оппозиции симптоматично. Феномен Навального свидетельствует о том, что наша интеллигенция успешно адаптировала для се6я американский образный ряд. Не сталинист в неуклюжем костюме, не протестный рокер в косухе, не жирный депутат в костюме от «Бриони», не русский интеллигент с чахлой бородкой и в очках (полу-Чехов, полу-Троцкий...), а вот такой гражданин мира, вместо галстука – улыбка. Стажировался в Йельском университете, работал у модного губернатора Никиты Белых, одним словом – герой буржуазии. Щепотка Ассанжа, отдаленно напоминает Ральфа Надара, поднявшего лет тридцать назад форменное восстание среднего класса в Калифорнии, второе, молодое издание Бориса Немцова – вот вам Навальный.

На самом деле это и все. Других достоинств у Навального нет.

Он не остроумен и не умен.

Со сцены болотных и сахарова он выкрикивает такие же банальные фразы, как и Немцов. Явно глупее Навального только Сергей Удальцов, лепечущий, что его черные очки – это черная метка режиму, – образность уровня «Острова Сокровищ» и Винни-Пуха.

Навальный приходил ко мне 6 сентября. Как оказалось, пришел он с целью уговорить меня не препятствовать нацболам участвовать в выборах в Координационный совет оппозиции. Судя по количеству времени, уделенному им выборам, для него выборы очень важны.

8 сентября я пошел на Форум Левых Сил. Выяснилось, что и для левых выборы в КС важны. Выступил Сергей Удальцов и долго призывал присутствующих участвовать в них, выдвигаться кандидатами. Затем выступили товарищи Удальцова по Левому Фронту и левым силам и призвали (в подавляющем большинстве своем) не участвовать. Была принята резолюция о неучастии. Более того, к столу президиума был приколот красный баннер «Россия без буржуев!».

В тот день после Форума я стал думать о Координационном совете, вспоминать большое лицо Навального с двойным подбородком, нашу встречу на моей территории. Я вспоминал, как он расхаживал (я тоже расхаживал) и многократно, больше чем нужно, как мантру твердил «я как политик...», «я как политик...», я как политик...». Он именовал себя политиком столь часто, что я понял, что он не верит, что он политик. Но ему внушили, что он политик.

И действительно, если он выступил там пять или шесть раз со сцены болотных митингов, выступил довольно бестолково и нерешительно, это обстоятельство еще не есть доказательство, что Навальный – политик. И его, прилипшая к нему, почти должность – «борец с коррупцией», также не есть синоним политика. У нас с коррупцией и прокуроры, и следственный комитет, и полиция борется. То, что Навальный избран директором в Совет Директоров корпорации «Аэрофлот», обозначает его как бизнесмена, причем тут политика? То, что Навальный, как и тысячи его современников, понимает, что национализм популярен в стране Россия и заигрывает с националистами, пытается к ним примазаться, тоже не доказательство того, что Навальный – политик. (Причем примазывается он крайне неумно, настучал на и посадил в тюрьму крайне популярного у националистов Тесака, вот уже тупость!).

Навальный не лидер политической партии и даже не видный активист какой-либо партии. Как борец с коррупцией Навальный безрезультатен. Если это не его вина, ну да, не его вина, он возможно хороший следователь по коррупции, но власть не хочет преследовать обнаруженных им коррупционеров, он все равно безрезультатен. Одновременно на нем самом налипли какие-то совсем не нужные борцу с коррупцией комочки грязи: история с «Кировлесом», какая-то оффшорная фирма на Кипре. Лишнее это все в светлом образе Леши Навального.

Навального сделали СМИ. Буржуазные, но оппозиционные. Его сделали даже не мужчины, а девушки и дамы СМИ. От Леши без ума заслуженные дамы Евгения Альбац и Юлия Латынина, и Чирикова ему как жена подходит, и Собчак сладкой сметаной о нем улыбается. Он нравится за свой «look», он – модель сезона. Навального выудили в интернете, где он торчит с самого первого дня и где он находится, вопреки здравому смыслу, в первой десятке иерархии. Вопреки здравому смыслу, потому что ЖЖ Навального замусорен скучнейшими «разоблачительными» документами, читать его просто невозможно, это все галиматья адвокатская. Раньше сутяги таскались по судам с потертыми, набитыми под завязку портфелями, судились со всем миром, а теперь вот можно стать модным сутягой, сидя в электронном мире.
Навальный – модное пустое место. Я уже объяснил, как он возник. Дам впечатляет его рама, габариты. По причине габаритов женщины в свое время в истерике голосовали за Ельцина.

Кто такой Леша Навальный сегодня?

То, что Навальный по протекции миллиардера и совладельца компании «Аэрофлот» Александра Лебедева стал директором в Совете Директоров этой наполовину государственной компании, заставляет придти только к одному единственному заключению. Навальный – ставленник крупного капитала. Один только Лебедев с его 18% акций «Аэрофлота» не мог провести Навального в Совет Директоров, ему поспособствовали другие совладельцы.

Продолжая размышлять далее, приходится признать как факт наличие в РФ группы крупных капиталистов, избравших своим front-man Алексея Навального. Группа это пока еще уступает в мощности группе Путина и не воюет с ней в открытую, но периодически показывает зубы, пробуя власть на прочность.

Вокруг Навального его фанаты ему говорят, что он политик, что он водитель масс московской интеллигенции. А, выходя на сцены болотных и сахарова, Навальный видит перед собой впечатляющее зрелище грозных человеческих масс. Есть от чего закружиться голове, есть от чего появиться мании величия. И она появилась у Леши...

Но не у одного Леши, но и у Геннадия, который Гудков, и у Ильи, который Пономарев. И тот и другой уже заявляли о своем намерении участвовать в следующих президентских выборах!!! Массы снесли им бошки.

Я так и вижу его в моем помещении, в разнообразных позах, вдохновенно бормочущим: «я как политик...», «я – политик». Его загипнотизировали поклонники.

Но массы-то вышли на улицы не потому, что очарованы Лешей Навальным, но потому, что возмущены Владимиром Путиным.

Зачем ему нужны выборы в КС, вашему Леше? Чтобы вы выбрали его политиком и обязательно самым главным. Потому что он на самом деле не верит, что он политик.
.
berlin

Эдуард Лимонов (интервью) // "Профиль", №36, 1 октября 2012 года


Эдуард Лимонов


Протесты не обернулись сменой режима.

Писатель и политик Эдуард Лимонов считает, что российские революционеры упустили свой исторический шанс.

Эдуард Лимонов давно уже заслужил репутацию эдакого enfant terrible российской оппозиции. Он явно из тех людей, которые только и идут в ногу, тогда как вся рота идет не в ногу. Он вечно лезет на рожон, постоянно всех критикует — и власть, и ее противников, но при этом, надо отдать ему должное, обладает интуицией и политическим чутьем. Его прогнозы иногда оказываются на удивление точными. Еще в апреле прошлого года он одним из первых неожиданно предсказал массовые митинги протеста после думских и президентских выборов. Впрочем, другой его прогноз не оправдался: протесты не обернулись сменой режима. А что сегодня предсказывает Эдуард Лимонов?

— После сентябрьского «Марша миллионов» у многих возникло ощущение, что протест идет на спад.

— Не надо измерять митинги количеством пришедших на них людей. Я прожил 14 лет во Франции, и там были миллионные митинги, но очень немногие из них достигали цели. Иногда пятьсот храбрецов могут сделать больше, чем пятьсот тысяч. Я получил свое боевое крещение в 1992 году, когда выступал на митинге на Манежной площади. Там было больше пятисот тысяч человек. Ощущение невыносимой мощи. Неудивительно, что, когда все эти маленькие люди, такие, например, как Геннадий Гудков, увидели такую огромную толпу в декабре прошлого года, они просто сошли с ума. Но эти буржуазные лидеры предали людей, увели их со стратегических позиций в центре Москвы на «Болото» — за реку. Туда, где достаточно перекрыть мосты, чтобы все эти стотысячные толпы оказались беспомощными. Хотя от Лубянской площади было всего двести шагов до Центральной избирательной комиссии. Достаточно было подойти всей этой толпе к зданию ЦИК и потребовать аннулирования итогов выборов: мы могли бы победить без всяких столкновений. Но никто тогда не пришел на Лубянскую площадь к Центризбиркому, кроме меня и моих сторонников. Тогда против меня бросили целый отряд, и меня унесли оттуда буквально в горизонтальном положении, как фараона из саркофага (смеется). Если бы толпа пришла туда, а не поперлась на Пушкинскую, можно было бы добиться цели. А потом этот протест затаскали. И хотя людям не нравится существующий режим, они видят, что никакого толку от этих митингов больше нет. Все те же резолюции, все те же люди на сцене, все та же Собчак, место которой на легкой пошловатой эстраде.

— Получается, что исторический момент упущен? Или, на ваш взгляд, еще остались шансы на смену власти?

— Власть этого решительно не хочет, как не захотела она идти ни на какие уступки. Тем более что она довольно легко победила и без особой жестокости. Все это очень печально, потому что боксер побеждает, когда наносит неожиданный удар, а сейчас полицейские уже изучили, как себя ведет толпа и кто среди них может стать активистом. Теперь власть с помощью масс уже не победить. Надо возвращаться к партийной политике.

— Что это значит? Бороться за власть на выборах в регионах?

— Нет, это бесполезно. Власти вот-вот зарегистрируют еще сто партий, и всех допустят до выборов. И в этом борделе ни у кого не будет возможности выйти на первый план. Да и избиратели не разберутся в двухстах партиях. Кроме того, до 2016 года никаких серьезных выборов в стране не будет. Но даже если на выборах в заксобрания областей и горсоветов позволят кому-то победить, смысла в этом все равно не будет. У нас уже были депутаты в заксобраниях Ленинградской и Владимирской областей.

Но когда у вас один депутат, это ничего не дает. Часто наш депутат за год сидения в заксобрании не получал слова ни разу. И единственная польза от его работы была лишь в том, что я мог остановиться в депутатском гостиничном номере, когда приезжал в Санкт-Петербург.

— Тогда как же при помощи «партийной политики» можно выиграть борьбу за власть?

— Есть, например, акции прямого действия, которые мы практиковали в свое время. Они очень действенны и позволяют с помощью небольшого количества людей добиться определенных результатов. Например, в августе 2004 года наши ребята захватили Министерство здравоохранения. Они ворвались в кабинет Михаила Зурабова и из окна выкинули портрет Путина. В результате семерым участникам этой акции дали по пять лет, но нам удалось предать огласке этот преступный закон о монетизации льгот, направленный против ста четырех миллионов граждан. Когда вслед за этим во многих регионах начались бунты, удалось сорвать реализацию этой монетизации. Впрочем, это очень затратная методика. У нас люди шли в тюрьму, а в целом репрессии против нас длятся уже полтора десятилетия.

— А нынешние партии, на ваш взгляд, способны на такие радикальные поступки?

— Им придется радикализироваться, иначе от них уйдут люди. Хотя среди думской оппозиции настоящих оппозиционеров всего два-три человека — это отец и сын Гудковы (Гудков-старший, впрочем, уже не депутат) и Илья Пономарев. Но у них нет опыта борьбы, и они не понимают, что толпа как приходит, так и уходит. А остальные думские политики — это либо партия власти, либо ее сателлиты.

— Сейчас многие называют новой политической звездой Алексея Навального. Вы согласны с этим мнением?

— Алексей — пустое место. Он человек кабинетного плана, адвокат-сутяга. Он выкладывает в Сети тысячи своих документов, но результат от этого ноль. Против чего он борется? Что он сделал? Для меня это непонятно. Кроме того, я считаю, что он ставленник крупного капитала, только другого. Например, за ним стоит миллиардер Александр Лебедев. И эта группа ничем не отличается от группы Путина. Они хотят все тех же либеральных реформ, но якобы уже без произвола и коррупции.

— Вы много раз говорили, что ищете себе соратника по политической борьбе. Чем Сергей Удальцов вам не подходит?

— Сергея я знаю тысячу лет. Ему было лет семнадцать, когда он руководил молодежкой у Анпилова. Но он глупый политик. Еще пятнадцать лет назад его коронным номером было прорваться в конце какого-либо политического мероприятия сквозь милицейские цепи. Тогда за это даже пятнадцать суток не давали. И с тех пор у него не появилось никакой стратегии, он по-прежнему постоянно куда-то прорывается. У него не отнимешь личной храбрости, но это храбрость глупого полевого командира.

— А из нашей интеллектуальной элиты может появиться лидер оппозиции?

— Кто эти люди? Трус Парфенов? Чем он прославился? Тем, что вышел на сцену и произнес какие-то вещи дрожащим голосом? Да я пятнадцать лет произношу со сцен жуткие вещи — и ничего.

— Получается, что Путин задержится надолго. Сколько времени вы еще отмеряете режиму?

— Путин имел много шансов что-то изменить, но он этого не сделал. (Раздраженно стучит кулаком по столу.) Это Путин вызывает революцию. Он не дал совершиться эволюции. Теперь долговечность путинского режима зависит от нас. Но мы в декабре прошлого года допустили и жуткий прокол, и трусость, и предательство. Шанс был упущен. И когда этот народный гнев появится вновь, мне непонятно. В последний раз мы видели его в 1993 году, но с тех пор прошло восемнадцать лет, в течение которых никто никуда не выходил. И мы можем вляпаться в то, что люди возьмут и не будут выходить на митинги еще лет восемь—десять, а то и больше. Потому что народ непредсказуем, и неизвестно, когда он достигнет точки кипения. От бессилия он может просто впасть в апатию. Но в России революция неизбежна, мы на нее обречены.

— Это хорошо или плохо?

— Пока ее нет, о чем говорить? Но в целом история нашей страны очень успешна. Мы еще совсем недавно контролировали полмира. Финальный результат революции был офигительный! Мы с США разделяли мировое господство над миром! Мы счастливчики, мы просто любимцы истории. Захапали столько земель, солнце не садилось в наших владениях!

— В деятельности Путина за последние двенадцать лет вы видите хоть что-то позитивное?

— Я его оппонент. И поэтому не до конца объективен. Я знаю лишь, что привел его за руку Ельцин и что Путин, будучи неопытным человеком, наломал массу дров и наделал огромное количество ошибок. Например, в ситуации с захватом «Норд-Оста» или с подлодкой «Курск». Он долго учился управлять, его обучение было для страны очень накладным.

Беседовала Ольга Павликова
.
berlin

Эдуадрд Лимонов // "Slon.ru", 28 сентября 2012 года





Фильм «Невинность мусульман» оставил уже после себя несколько десятков трупов в разных странах: не только труп американского посла и троих дипломатов-янки в Ливии; по-видимому, и еще оставит трупов.

Поражает в этой ситуации, что в разгар самых буйных демонстраций против фильма французcкий журнал карикатур Charlie Hebdo вдруг печатает – а французские официальные лица никак не препятствуют публикации – карикатуры на пророка Мухаммеда, притом что во Франции мусульманское население уже где-то от шести до восьми миллионов насчитывает. Неужели тупоумие? Да нет же, обыкновенная драчливость, заставляющая пускать в ход кулаки хулиганов всех стран. Кажется – ну ладно янки, они всегда были заносчивыми грубиянами и дебоширами, их империализм во внешней политике известен, они тиранили Латинскую Америку как семья Цапков Кущевку, а теперь тиранят весь мир. Янки, понятно, не считают нужным уважать чужие верования, но французы, родина Просвещения, родина энциклопедистов, Вольтера, Французской революции, где «Свобода, равенство, братство» на знамени! Им-то так вроде бы не пристало вести себя. Но французы!

Можно было легко воздержаться от нападок, ведь знают по опыту, что протесты будут и жертвы будут. Вот в русских тюрьмах воздерживаются же зэки от грязных ругательств в адрес родителей друг друга. Никакого соглашения не подписывали, но воздерживаются, я сам несколько лет проверял. А тут! Эх, янки, эх, французы! А еще называют себя цивилизованными нациями. А всего-то надо удержаться и не обозвать.

Вообще-то в мире немало табу, которые мы добровольно соблюдаем. Не принято бить детей по головам, толкать стариков, испражняться в общественных местах, писать в церквях, мечетях и синагогах. Бесчисленные миллионы никаких обязательств не подписывали, но соблюдают. Те единицы, которые не соблюдают, идут в тюрьму, если пойманы.
Но со времен Салмана Рушди задирать мусульман стало европейской мрачной развлекухой. То датские (датские, блин! Из страны селедок!) карикатуристы карикатуры подбросят – и трупы неизбежно последовали (только не карикатуристов). То пастор Джонс Коран сожжет, и в ответ талибы взрывают десятки американских солдат в Афганистане. И вот дуплетом, из двух стволов сейчас по пророку ударили: «Невинность мусульман» и карикатуры в Charlie Hebdo. Хулиганье. Диагноз: нетерпимость.

В снежной России, впрочем, свои появились хулиганы. В атмосфере общественного негодования после несвободных выборов 4 декабря, вдохновленная антипутинскими протестами группа молодых женщин пришла в церковь Христа Спасителя и немного подергала струны гитар, прокричав: «Богородица, Путина прогони!»

Это, конечно, удар ниже пояса. Там удар, где не принято бить, разве что в боях без правил бьют повсюду, но и там, говорят, есть свои договоренности и конвенции. Являться в церковь с политическим statement до сих пор было не принято, хотя поэт Александр Блок писал про свирепых гуннов, которые будут «в церковь гнать табун». Молодых женщин нашли и арестовали. За то, что пригнали табун.

А далее уже эти женщины отделились от своего деяния и стали жертвами режима. И началась совсем другая история. Российские либералы начали размахивать этими жертвами как знаменем. Российские верующие приняли этот вызов либералов и вступились за церковь, дескать, три женщины осквернили площадку, где верующие встречаются с Богом. И стали заступаться, заметьте, не за Путина, который из этой истории был обеими сторонами, по молчаливому согласию, удален, а за церковь, и за веру, и за Бога. Так конфликт был из политического превращен в конфликт – какой же, догадайтесь?

А в конфликт XIX века, – мы все в учебниках учили: между западниками (про-Pussy Riot)  и славянофилами (анти-Pussy Riot). Определенную ноту бытового извращения в конфликт вносило и вносит непристойное само название группы «музыканток» Pussy Riot – «Бунт женских гениталий».

Бунт женских гениталий поддержали на Западе. За них вступились звезды шоу-бизнеса. Что такое звезда шоу-бизнеса? Это, как правило, немудрящие и недалекие люди, их таланты не в их IQ, они поддержали западников в лице этих трех свистушек.

История с тремя молодыми женщинами – архаичный конфликт нашего неравномерно развивавшегося и долгие годы замороженного общества. Ей место в конце XIX века: именно тогда молодая еще Европа восставала против попов, и юный социализм шел в этой борьбе впереди. Против клерикализма.

Сегодня – такой конфликт удручает. И церковь российская далеко не так популярна, как ей самой кажется. И либералы, с воем подхватившие «Бунт женских гениталий» как свое знамя, поступили нерасчетливо. Они задирают русский народ, как какой-нибудь пастор Джонс, как создатели фильма «Невинность мусульман», как карикатуристы Charlie Hebdo. Они задирают русский народ, как Запад задирает мусульман. Они нетерпимы к народу.
.
berlin

Эдуард Лимонов // "Свободная пресса", 20 сентября 2012 года


Эдуард Лимонов


Эдуард Лимонов о потребителях, узурпировавших протест

Я вообще-то считал, что буржуи закончились как класс в 1917 году. Но нет, поскольку они вдруг появились в 1991-м, приходится поверить, что они самозарождаются. (Еще в XVII и начале XVIII века тогдашние ученые верили, что мыши самозарождаются при условиях наличия темноты и зерна).

Буржуа – это, конечно же, состояние духа. Это фанатичная и высокомерная вера в превосходство денег и кой-какого образования и места в обществе над умом, талантом, физической силой и храбростью.

Они совершили несколько революций в России, до 1991 года неудачных.

Они у власти сегодня (группа Путина, его министры, его депутаты, его чиновники, олигархи, рядовые бизнесмены).

Но они же и в оппозиции. В декабре 2011-го им удалось выбросить всех других птенцов из гнезда.

Конечно же, их моментально развратили массы. Они усиленно делают вид, что это они «вывели массы». «Мы выводим!» - кичатся они. На самом деле массы, конечно же, вывел Владимир Путин несвободными выборами 4 декабря и 4 марта.
Это была присказка. А вот сказка.

Давайте серьезно и честно, без соплей и слюней.

Всклокоченные и пылкие, банальные и неумелые, наглые, самозванные буржуазные вожди нам все провалили. Для меня все было ясно еще 10 декабря, но я профессиональный политик (а кто я еще после 18 лет в оппозиции?), а рядовому неискушенному гражданину понадобились многие эпизоды постепенной деградации протестного движения, чтобы удостовериться, что пыл иссякает и силы протеста на исходе. Что протест мертв, хотя и ходит еще пока.

Кто будет утверждать, что не провалили?

Либо заинтересованное лицо, либо истово верующий в Навального фанат, либо веселый Гаргантюа-романтик Дима Быков, видящий позитив уже в одном факте, что московская рассерженная интеллигенция проснулась и выходит из квартир на улицу. По принципу: «Не догоню, так согреюсь», так?

Не догнали, это точно. Возможно, и не согрелись.

Дело в качестве вождей. Они – причина неуспеха. Чем раздражают и злят буржуазные вожди?

Своим нравоучительным, надоедливым прозелитизмом. Господин Пархоменко – ярчайший пример, у него прямо вечерняя школа для недоразвитых, с его точки зрения, взрослых. «Объясняю...».

Своей спесью, зазнайством и высокомерием. Надо же так себя любовно назвать: «Креативный класс»!? Так скромненько.
Одновременно это, впрочем, и удобный эвфемизм, чтобы замаскировать свою буржуазную сущность, родовую связь с группой Путина. Обман выглядит красиво, представляется противопоставлением: «креативный класс» против «партии жуликов и воров». Правда состоит в том, что два буржуазных клана борются за власть, Путин ее имеет, Немцов ее потерял и хочет отвоевать.

Кичатся собой при всяком удобном случае. В «Ежедневном Журнале» безостановочно употребляют по отношению к себе «мы – приличные люди»! «У нас, приличных людей!»

Берусь доказать, если понадобится – в суде, наличие большого количества прохвостов среди этих «приличных».
Раздражают своей поистине животной жадностью до власти, даже власть в оппозиции им кружит головы. Вспомним, что, как стадо носорогов, они ломанулись на сцены Болотных и Сахарова, давя всех на своем пути. Как всеми правдами и неправдами оттирали националистов и левых от микрофонов.

Раздражают своей тоталитарностью. Они ее скрывают, но, впрочем, не очень. Для камуфляжа завели себе несколько послушных марионеток из других «курий» («Курии» – это их изобретение). На деле подобрали себе самых несамостоятельных, вполне управляемых партнеров из националистов и левых, поглупее.

Раздражают своей надоедливой прозападностью, проамериканизмом. Все их ссылки как на идеал, на эталон, туда – «вот в Соединенных Штатах..., там...», «вот в Европе...».

Они не согласятся, но они, конечно же, агенты влияния Запада – кто предумышленно, кто потому, что ничего другого в голову не приходит.

Они возмущают своей ярко антинародной направленностью. Свято верят, что бедный малоимущий гражданин – это глупый недочеловек. Считают, что бизнесмен, предприниматель – это венец творения. Исповедуют, по сути дела, социальный расизм. Недаром их Библия – книга Булгакова «Собачье сердце» – отвратительный пасквиль, разжигающий социальную рознь. Думаю, на своих сборищах, где они не стесняются, все эти немцовы, они народ, думаю, называют «шариковы».
Любую занозу они считают репрессиями и вопят на весь мир о том, что против них уже 37-й год развязали, хотя ни один из буржуазных лидеров даже в тюрьме не сидел. Сидят нацболы, сидят националисты, сидят левые, а ворон ворону пока глаз не выклевал. Разве что Собчак пришлось в трусах идти дверь открывать. Какие ужасные гонения!

Выше обличения власти подняться не могут и не хотят. Отчаянно трусят перейти границу. Продолжают, поджав хвосты, собирать народ на разрешенные митинги – прогулки заключенных, хотя логика революционного развития требует перехода на следующую ступень. Нацболы захватывали административные здания и в 1999-ом, и в 2000-ом, и в 2004-ом годах. Они со своим «окупайабай» развонялись.

Неумны и неталантливы. У них нет ни единого самостоятельного проекта. Видимо, человек с умом и талантом бежит из их среды. Идеи, проекты заимствуют и воруют, но по причине отсутствия политической решительности не умеют даже использовать ворованное. Вслушайтесь внимательно в их речи! Они же, как автоответчики, банальны.

Личный состав болотных вождей просто феерически ничтожен, случаен. Кто, например, вульгарную Ольгу Романову привел в руководство протестом? Что, случайно сидели, выпивали и «Пойдем с нами, Оля, мы на майдан!». «Айда, ребята!». Так было?

Но оппозиция – не проходной двор. Устроили проходной двор.

Возмущает то, что сидели многие года в правительствах и в Думе Ельцина, да и Путина, за все были ответственны, а теперь лгут, что нет. Возмущает, что большинство «вождей» в политической оппозиции доселе не были замечены, сидели, прижав задницы, если не были на стороне противника, трусили, мелко дрожали. И вот, дождались халявы, прибыли массы, которые появилась халявная возможность возглавить.

Но массы вот уходят, спустя десять месяцев.

Россия – страна политически неопытная, я понимаю массы, они не разобрались, поверили неумехам и проходимцам и даже трем-четырем предателям. Не беда. Россия научится, она быстро учится.

Буржуазия имеет право на свою долю в протесте, глупо это отрицать. Но только на свою. Вы зарвались, господа! Возвращайтесь к действительности.
.
berlin

Эдуард Лимонов // "Грани.ru", 24 сентября 2012 года


Эдуард Лимонов


Министерство юстиции зарегистрировало партию "Демократический выбор". Всего к настоящему моменту по новым реформированным правилам зарегистрировали, если не ошибаюсь, 24 партии, я слышал только об одном отказе - не зарегистрировали партию "Синие ведерки". Таким макаром они упрямо там все две сотни партий и зарегистрируют.
Ну и что дальше? Нарегистрируют множество политических партий. Партии будут до самого 2016 года принимать участие в региональных выборах. Им даже дадут, я уверен, возможность повыигрывать кое-где, получить здесь и там депутатские мандаты. Радости будут полные штаны.

Влияния на политическую власть в регионах новые депутаты не будут оказывать никакого, эти депутаты и эти партии. Потому что власть позаботится о том, чтобы их было именно так мало, чтобы они не смогли создать депутатские группы в законодательных собраниях областей. Но их будет ровно столько, чтобы возбудить аппетит к выборам у оппозиции.
В результате большая часть оппозиции взбодрится и займется только выборами, еще и будет хвастливо называть это конкретной работой. Станут суетиться, всячески выражая свое довольство, и будут заражать своих политических соседей и союзников оптимизмом. Бодрые голоса новых депутатов будут звучать на радио, бодрые фразы будут мускулисто бить хвостами в твиттерах и ЖЖ.

В результате с улиц уйдет большое количество людей. Уйдут все либералы. Откочуют на долгое время, на годы. Откочуют с улиц и неопытные во властных играх националисты. Более древние по происхождению левые разделятся - часть их будет участвовать жертвами в игре власти, но и на улицах останутся радикальные левые и нацболы. На них будут смотреть с презрением, как на каких-нибудь сектантов амишей, разъезжающих в Пенсильвании в бричках, запряженных лошадьми, и не пользующихся электричеством.

Приобретшие пару-тройку депутатов в законодательных собраниях партийки станут шпынять своими успехами, те партии, у которых не будет депутатских корочек нижнего звена.

Так пять лет и пройдет в полном телячьем восторге оппозиции от того, что ее включили в легальное поле. В восторге и радостной суете. Будут новоселья в ЗС областей, ящики станут носить с вещами в пахнущие краской кабинеты, сколько надежд появится! Местные СМИ забьют колонки газет и интернет-сайты до отказа интервью с новыми депутатами-счастливцами.

В 2016 году состоятся долгожданные выборы в Государственную думу.

Власть тщательно построит проект "Выборы-2016". В соответствии с этим проектом не все зарегистрированные партии будут допущены к выборам Центральной избирательной комиссией. Самых ненадежных с точки зрения власти ЦИК остановит, рисковать не станут. За что остановят? Ну, Чуров и его подчиненные имеют обширный прейскурант предлогов, а главное - российские суды не самостоятельны.

Но большую часть партий все-таки допустят, подобрав их так, чтобы несколько партий (да хоть и пять, и десять партий, кашу маслом не испортишь!) конкурировали между собой за одну и ту же группу избирателей. Устроить такие столкновения будет легко, поскольку на наших глазах создается обширный парк оппозиционных партий.

В результате Государственная дума будет сварганена таким образом, чтобы партия власти "Единая Россия" так или иначе имела хотя бы простое большинство, а в союзе с партиями-сателлитами - 301 голос или чуть более. Это менее надежный состав Государственной Думы, чем в прежних созывах. Но это лучше, чем потерять большинство вообще.

О партиях-сателлитах властной партии. У меня есть даже такое предчувствие, что нынешних сателлитов - ЛДПР, КПРФ и "Справедливую Россию" - в 2016-м принесут в жертву демократизации, заменив в Думе конгломератом жалких фракций мелких партий. Риск невелик.

Возможен и вариант, при котором "Единую Россию" разделят и отколют от нее блок, который будет возглавлять надежный путинец Владимир Владимирович Путин. Блок будет называться "Общероссийский народный фронт". "Единая Россия" с Дмитрием Анатольевичем Медведевым во главе и "Общероссийский народный фронт" с Владимиром Владимировичем Путиным во главе отправятся на выборы двумя колоннами. По моему мнению, в такой конфигурации партия власти соберет еще больший урожай, чем единая и неразделенная "Единая Россия".

Все это непременно произойдет, шансов на то, что не произойдет, нет никаких. Это так же неизбежно, как пытки в тюрьмах реформированной Грузии: разве все постсоветские режимы не вышли из шинели одного замечательного грузина? Вышли из этой шинели.

К чему они клонят, стало ясно уже тогда, когда реформирование закона о политических партиях было проведено без сопутствующих изменений в режиме. Не были ничуть реформированы Министерство юстиции и Центральная избирательная комиссия, в них работают те же заматеревшие в политических ухищрениях в пользу власти команды. Не были оторваны от исполнительной власти суды.

Поэтому даже деревенскому дурачку должно было быть ясно с самого начала, что регистрация всех подряд партий - это сатанинский обман. Политическое мошенничество. Однако мои соотечественники бегут толпою в Министерство юстиции, где я представляю, как над ними злобно смеются сотрудники министерства.

Дорога в тысячу ли, как известно, начинается с одного шага. Но это у китайцев. Все китайские мудрости годны для употребления исключительно в Поднебесной. Русская дорога к власти, к демократии и свободным выборам не начинается в Министерстве юстиции и Центральной избирательной комиссии. Она должна начинаться у стен Центральной Избирательной Комиссии. У стен Государственной думы. У зданий администрации регионов.
.
berlin

Эдуард Лимонов // "Грани.ru", 10 сентября 2012 года


Эдуард Лимонов

ХАЛЯВА КОНЧИЛАСЬ

В российской оппозиции последние двадцать лет был только один вид политического существования: политика была партийной. Амбициозные лидеры в 90-е годы соревновались внутри партий, и партии довольно быстро определились с лидерами: Явлинский - "Яблоко", Жириновский - ЛДПР, Зюганов - КПРФ, Лимонов - НБП и т.д.

Не определившиеся с лидером партии оставались слабы, их, что называется, ветром сдувало. Отсутствие единого лидера свидетельствовало безошибочно о слабости партии. Когда была слеплена из нескольких невыразительных партий "Родина", для нее нашелся довольно сильный Рогозин. Несмотря на кремлевское происхождение, "Родина" вдруг поперла, пошла завоевывать умы и стала бы, возможно, скоро первой по популярности в России, если бы ее не отключили. Ее отключил, как опасную для себя, Кремль. Рогозин позднее говорил мне, что его вынудили уйти, запугали угрозой жизни его детей. В это можно верить, а можно и не верить. "Родину" разрезали, а части ее выбросили на политическую свалку, лидер пошел на службу к Кремлю, он есть, и он еще всплывет.

В 2006 году появилась коалиция оппозиции, названная по заглавию одной из моих книг - "Другая Россия". Это уже была попытка уйти от партийной политики в политику коалиции оппозиции. И хотя коалицию возглавили лидеры политических партий - Каспаров (ОГФ), Касьянов (РНДС) и Лимонов (НБП), - это уже пришла в Россию не партийная, но надпартийная политика.

Жизнь коалиции оказалась краткой, она фактически просуществовала лишь год и навсегда останется в истории российской политики как первый опыт широкой коалиции оппозиции.

В 2007 году "Другая Россия" распалась, а в следующем году состоялся еще один кратковременный опыт надпартийной коалиции: была создана Национальная ассамблея. Проект придумал я единолично, однако впоследствии его заграбастал Каспаров и превратил в послушную себе мертвую организацию. Каспаров, по всей вероятности, захотел иметь на всякий пожарный случай свой карманный парламент, чтобы в удобный момент посадить его на шею вдруг взбунтовавшемуся народу. Дальше мы увидели, что когда московский народ таки взбунтовался, то он полностью игнорировал Национальную ассамблею и создал эфемерные, но свои органы управления - оргкомитеты и инициативные группы, куда с боем втиснулись карьеристы всех мастей.

Но тут я забежал вперед. Разорвав в начале 2009 года с Каспаровым и Национальной ассамблеей, я осуществил проект "Стратегия-31", также всецело мой. Первая акция Стратегии прошла 31 января 2009 года. А летом того же года я пригласил в "Стратегию" Людмилу Алексееву, чтобы усилить нас. Это тоже была уже непартийная и надпартийная политика.

Как водится, Алексеева и ее правозащитнички-либералы быстро сломались под давлением власти, желающей ликвидировать "Стратегию". Алексеева прогнулась и предала меня, согласилась на сепаратный полуправозащитный, полуполицейский митинг на Триумфальной 31 октября 2010 года. Её поддержали все те, кому я сегодня руки не подам, потому что они успели в последний год совершить ещё несколько подлостей по моему адресу Алексееву поддержали Немцов, Рыжков, Яшин, яйцеголовый Удальцов. Пять месяцев просуществовали два митинга "Стратегии-31" на одной и той же площади. В конце концов Алексеева прекратила свои митинги, остановив соперничество. Но ущерб уже был нанесен. Я не забыл и никогда не забуду, как московская милиция затаскивала меня вниз головой на митинг Алексеевой насильно и как отворачивались, делая вид, что не видят этой сцены, видные либералы. Этого унижения я не забуду.

2010 и 2011 годы прошли в попытках нащупать новый способ политического существования. Были попытки вернуться к старому партийному виду политики. Были созданы несколько объединений либералов - "Солидарность", партия ПАРНАС. Был создан левый РОТ-фронт, в июле 2010 года я создал партию "Другая Россия".

Политический пейзаж резко изменился после 4 декабря 2011 года - дня выборов в Государственную думу. На улицы Москвы неожиданно высыпали массы: рассерженные горожане, они же московская интеллигенция. Массы многим вскружили головы. И известные лидеры, и десятки прибежавших оппортунистов ринулись возглавлять массы. Ну, вы помните трагическую историю с уводом десятков тысяч протестующих на остров Болотный. Это было чистейшей воды предательство, сговор с властью. Немцов, Рыжков, Пархоменко, Гудков - запомните эти имена; впрочем, вы и так их знаете - увели людей с площади Революции.

Всю зиму и весну буржуазные лидеры делали вид, что пытаются сменить власть, однако более всего они конкурировали между собой и с новопришедшими чужаками за лидерство в оппозиции.

От меня, как вы знаете, они избавились 10 декабря, поставив меня перед дилеммой: либо присоединиться к предательству и пойти с ними на Болотную, либо остаться в политическом одиночестве. Мы выбрали временное одиночество. Впоследствии, уже в январе, мои товарищи по партии предпринимали попытки войти в оргкомитет и инициативную группу по организации митингов, но были отсечены под разными предлогами. То, что нацболы оказались отстранены от участия в принятии решений, не только устраивало буржуазных лидеров, но и входило в их планы.

Между тем у самовольно захвативших командование появились конкуренты. Протестная молодежь, безымянные амбициозные юноши и девушки заговорили о необходимости сменить устаревших, по их мнению, Немцова и компанию. Аппаратчики "Солидарности" - Билунов, Давидис, Янкаускас - проявили лидерские амбиции. Помимо этого, вдруг образовалась группа известных в стране авторитетных интеллигентов объединившихся в Лигу избирателей. Всех их, свыше 20 человек, никто не запомнил, но несвойственную им доселе политическую активность стали проявлять Быков, Акунин, Парфенов. Движение "Окупай", названное так по западному образцу, вообще выступило за упразднение любого лидерства. В то же время появилась группа "За честную власть" (Мандаринов, Казакова, Бабченко), критиковавшая группу Немцова-Удальцова-Навального и призывавшая действовать более радикально и решительно.Эта группа, в частности, призывала 6 мая выйти на Манежную площадь, но у них ничего не получилось.

Скажу скептически, что все эти эфемерные объединения имели целью захватить лидерство над движением масс, соблазнились легкой добычей. Им показалось, что, брызгая слюной дальше всех и визжа со сцены митингов громче всех, они приобретают право на управление массами. На самом деле лидерство - это авторитет, строящийся (чаще медленно) из решительных поступков и принятых умных решений. Авторитет не создается мгновенно. Мгновенно только мыльные пузыри выдуваются.

К настоящему времени в борьбе за лидерство по отношению к массам, рассерженным горожанам никто не победил. Портрет лидеров остается групповым - правда, группа изрядно поредела. Десятки мыльных пузырей уже лопнули.

Не участвуют в протестной активности, боясь потерять только что нажитую Республиканскую партию народной свободы, Рыжков и Касьянов. Немцов, репутация которого разодрана в клочья, сидит на двух стульях: он и хочет с Республиканским ПАРНАСом, где он сопредседатель, участвовать в выборах (любых!), и держит теплым место в оргкомитете болотных митингов. Он смущает своих соратников, хотя сам этого не понимает. Они бы с удовольствием от него избавились. И избавятся в короткое время.

Сам себя переиграл, запутавшись в оппозиционной политике, великий шахматный стратег Каспаров. Он ушел на третьи роли. Всегда на третьих ролях остается Яшин.

Гудков-старший с трепетом ожидает, что у него вот-вот отберут депутатский мандат, - для него это будет жизненная катастрофа. Если не отберут, он будет себя вести тихо, навсегда позабудет дорогу на митинги. Если же мандат отберут, без мандата он болотным не нужен.

Многих персонажей зимы и весны словно ветром сдуло. Где, например, Ольга Романова, соученица олигархов, "кошелек" протестных митингов, превратившая пару митингов рассерженных горожан в митинги в защиту своего мужа Козлова, обвиненного в мошенничестве? Где она?

Как ветром сдуло и плейбоев Парфенова и Акунина. Полувиден (недавно, я читал, он проповедовал почему-то православие в России!) писатель Быков.

Новых лидеров не появилось. Напротив, как видите, целая обойма их начисто исчезла после протестов зимы-весны. Оставшиеся будут быстро выцветать.

Московские массы соблазнительно гудят еще до сих пор на площадях, однако массы не победили. Поэтому все претендующие на халявное руководство массами не стали долговременными лидерами. Были чуть-чуть известны один сезон - и только. Лидеров ведь производит победа, а победы нет, потому и нет лидеров.

Впрочем, два условных есть еще - Навальный и Удальцов. Им не позавидуешь. Требовательные массы с надеждой во взоре, как голодные дети, смотрят на них: "Организуйте для нас победу!" А они не могут, потому что не умеют.

Придется, вероятнее всего, возвращаться к старой доброй партийной политике, осуществляемой политическими партиями, а не киселеобразными массами. Придется работать. Халява кончилась.
.
berlin

Эдуард Лимонов // "Slon.ru", 30 августа 2012 года




DOCTOR LIMONOFF: ДИАГНОЗ ПЯТЫЙ. ПОГАНАЯ ЗАТЕЯ

Выборы в Координационный совет оппозиции – это хитрая стратагема (уловка) тех, кто самозванно возглавил протест зимой/весной, уловка с целью остаться у руководства протестом. Это ясно, как божий день. Протестующим предлагается легитимизировать уже существующую группу руководителей. И это вопреки и несмотря на то, что эти «командиры» вчистую проиграли битву за власть в прошедшие зиму и весну. Эти «командиры», побитые и разгромленные, имеют целью опять всучить себя протестующим.

Укажу на дефекты поганой затеи.

1

Оппозиция власти – это воюющая денно и нощно политическая «армия». Всерьез выбирать командиров воюющей армии есть слабоумие. Такая практика привела в 1917 году, тотчас после Февральской революции, к полному разложению Российской армии. От выборов командиров пришлось спешно отказаться.

Потому что личный состав всегда будет выбирать в командиры людей «уютных», банальных, нестрогих, неконфликтных и, как правило, именно по перечисленным причинам – безынициативных. Большинство тех, кто будет выбирать, – люди средней храбрости, потому неизбежно выберут нехрабрых.

Ясно, что с такими выбранными командирами протестное движение будет находиться в состоянии вялых стычек с противником еще лет эдак пятьдесят.

2

В Координационный совет в большинстве пройдут ставленники тех групп, которые лучше освоились с работой в интернете. Сами выборы в КС были инициированы протеже господина Навального, – Леонидом Волковым, господином из Омска. Он по определению не может считаться незаинтересованным лицом, он представляет интересы группы Навального; точно так же, как председатель Центральной избирательной комиссии господин Чуров представляет интересы группы Путина, интересы власти.

3

Выборы в интернете будут выборами интернета. В искусственном мире интернета, между тем, свои особенные герои, которые далеко не всегда признаны героями реального мира.

Я помню, как где-то с год назад в интернете серьезно и старательно проводились выборы самого влиятельного интеллектуала России. Я тогда еще выступил с заявлением и потребовал исключить мою фамилию из списка кандидатов… И что же? В результате выбрали блогера, не самого известного к тому же. Не помню его фамилию. Является ли этот X самым влиятельным интеллектуалом  России? Нет, ну и близко не рядом. Стали ли считать его самым влиятельным интеллектуалом России после тех выборов? Нет. Такое впечатление, что даже устроители тех выборов застеснялись достигнутого результата.

4

Электорат явится на выборы с уже готовым джентльменским  набором своих фобий и предрассудков. Выбирать не лучших, но «своих».

И естественно, в отличие от настоящих выборов у кандидатов не будет возможности убедить электорат в своей ценности. Ведь ни агитация, ни дебаты между ними не предусмотрены. Устроители, нам говорят, многое предусмотрели, приняли технические меры против повторного голосования. А вот от коллективного инстинкта голосовать за «своего», пусть и самого задрипанного и даже неумного, они, устроители, отучить электорат не в силах.

5

И наконец, я хочу указать на бесполезность этих выборов. Создать с их помощью непререкаемую иерархию «вождей» не удастся. Потому что жизнь, общество, политические силы, течения, движения, наконец, случай – все равно, минуя КС, установят свою иерархию протестного оппозиционного движения. Лидерами неизбежно станут те, у кого будет получаться победа.

Postscriptum:

До декабря 2011 года несомненными лидерами оппозиции были лидеры наиболее энергичных и заметных в оппозиции политических организаций. В декабре, после мошеннических выборов, на политической сцене внезапно появились массы. Что называется, ввалились. За руководство, за лидерство в массах сразу же началась жестокая междоусобная борьба, война всех против всех. Эта война не закончилась. Выборы в Координационный совет – один из эпизодов этой борьбы.
.